![Bigmat_detailed_picture](/storage/post/7987/bigmat_detailed_picture.jpg)
Политикам, взявшим курс на изоляцию страны, театр ответил целой очередью больших международных проектов. Роберт Уилсон поставил «Сказки Пушкина» в Театре наций. Один из основателей Rimini Protokoll Штефан Кэги создал московскую версию «Remote X», аналоги которого существуют по всему миру. Электротеатр «Станиславский» показал «Вакханок» Теодороса Терзопулоса и открытую репетицию «Человеческого использования человеческих существ» Ромео Кастеллуччи. Сюда же надо отнести «Zholdak Dreams» Андрiя Жолдака в БДТ: не будем забывать, что Украина — не Россия.
Еще один добрый знак — появление «Идиотов» Кирилла Серебренникова в программе Авиньонского фестиваля. Все вместе это говорит о том, что российский театр укрепляет свои позиции в мировом контексте.
Другой вопрос, что чиновникам от культуры и «патриотически» настроенной общественности все это не нужно и даже неприятно. Театральная жизнь в современной России — это поединок логики нормального человека с логикой курильщика, поэтому после талантливого «Тангейзера» Тимофей Кулябин получает и повестку в суд, и ангажемент в Большом театре, а всемирно известный «Театр.doc» два раза подряд выселяют из отремонтированных собственными силами помещений.
Не могу похвастаться, что видел много премьер или часто выезжал из Москвы. Сравнивать Уилсона с Волкостреловым, а Кэги с Богомоловым бесполезно, поэтому порядок названий продиктован алфавитом, а не степенью качества или значимости.
1. «Remote Moscow», группа Rimini Protokoll, режиссер Штефан Кэги
Благодаря продюсеру-энтузиасту Федору Елютину Москва стала двадцать первым по счету городом, получившим собственную версию спектакля «Remote X». Интерактивная городская экскурсия от компании Rimini Protokoll объединяет в себе все ключевые идеи современной сцены: это театр, где зритель равен художнику; театр, который повернут лицом к жизни; театр как путь познания мира; театр как один из последних способов связи с реальностью без посредничества экрана.
2. «Борис Годунов», «Ленком», режиссер Константин Богомолов
«Исторически достоверная» костюмная постановка — уже не единственный рецепт скучного «Годунова»: «актуальное» политизированное прочтение сегодня — такая же банальность. Спектакль Константина Богомолова — отчасти пародия на политический театр, которую доверчивые зрители принимают за чистую монету, отчасти — насмешка над театром как таковым, отчасти, конечно, — развитие собственного режиссерского метода работы с актером и текстом.
3. «Молчание на заданную тему», «Театр.doc», режиссер Всеволод Лисовский
Лисовский — новая знаковая фигура на российской сцене. Каждый его проект — концептуальный жест, удивительно простой и крайне точный. В «Молчании на заданную тему» артист в течение часа сидит на месте, не произнося ни слова: коллективное бездействие уравнивает человека на сцене с людьми в зале, а недолгое освобождение от медиашума и повседневных обязанностей позволяет зрителю неотрывно наблюдать за самим собой. Размышлять ли на «заданную», всегда разную, или на свободную тему — выбор ваш.
4. «Обыкновенная история», «Гоголь-центр», режиссер Кирилл Серебренников
Хотя в театральных вузах именем Серебренникова продолжают пугать детей, его новый спектакль должен, по идее, отвечать ожиданиям любого, даже консервативного зрителя. Самое интересное в нем то, как развиваются отношения двух героев — идеалиста-племянника и циника-дяди. Главным сюрпризом становится не современное прочтение романа и не эффектная метафора, а актерская работа — Алексей Агранович в роли Адуева-старшего определенно заслуживает «Золотой маски».
5. «Русскiй романсъ», Театр наций, режиссер Дмитрий Волкострелов
В бесконечной дискуссии о классике и ее современных прочтениях самую убедительную позицию занял основатель «театра post» Дмитрий Волкострелов. Актрисы, занятые в его спектакле-концерте, не изображают людей позапрошлого века — но и материал (в данном случае музыкальный, но ведь мог быть и драматический) не теряет связи со своим временем: «Русскiй романсъ» исследует отношения современного исполнителя с абсолютно несовременным первоисточником.
6. «Сказки Пушкина», Театр наций, режиссер Роберт Уилсон
Этот эстетически безупречный музыкальный — в прямом и переносном смысле — спектакль попадает в топ лучших предсказуемо. То, что на московской сцене вообще возможна постановка Уилсона, — большая победа: а) театрального менеджмента; б) артистов; в) технических служб театра.
7. «Хармс. Мыр», «Гоголь-центр», «Земля», Новая сцена Александринского театра, режиссер Максим Диденко
Адепт physical theatre Максим Диденко последовательно работает с наследием советского авангарда. За прошедший сезон у режиссера были две заметные удачи на этом поприще: в Москве — зрелищный мюзикл по текстам Даниила Хармса, а в Петербурге — пластический спектакль по мотивам немой картины Александра Довженко.
8. «Элементарные частицы», театр «Старый дом», режиссер Семен Александровский
Герои документального проекта режиссера Александровского и драматурга Вячеслава Дурненкова — советские ученые, строители и обитатели Академгородка. С одной стороны, спектакль важен именно для Новосибирска, который был местом уникального социального эксперимента. Одновременно режиссер и драматург задают очень своевременные вопросы: можно ли создать территорию свободы в авторитарном обществе — и будет ли эта свобода настоящей?